Неточные совпадения
И, не
в силах будучи удерживать порыва вновь подступившей к сердцу грусти, он громко зарыдал голосом, проникнувшим толщу стен острога и глухо отозвавшимся
в отдаленье, сорвал с себя атласный галстук и,
схвативши рукою около воротника, разорвал на себе фрак наваринского пламени с дымом.
— Здесь Ноздрев,
схвативши за
руку Чичикова, стал тащить его
в другую комнату, и как тот ни упирался ногами
в пол и ни уверял, что он знает уже, какая шарманка, но должен был услышать еще раз, каким образом поехал
в поход Мальбруг.
— Это лошадь отца моего, — сказала Бэла,
схватив меня за
руку; она дрожала, как лист, и глаза ее сверкали. «Ага! — подумал я, — и
в тебе, душенька, не молчит разбойничья кровь!»
Он сделался бледен как полотно,
схватил стакан, налил и подал ей. Я закрыл глаза
руками и стал читать молитву, не помню какую… Да, батюшка, видал я много, как люди умирают
в гошпиталях и на поле сражения, только это все не то, совсем не то!.. Еще, признаться, меня вот что печалит: она перед смертью ни разу не вспомнила обо мне; а кажется, я ее любил как отец… ну, да Бог ее простит!.. И вправду молвить: что ж я такое, чтоб обо мне вспоминать перед смертью?
В эту минуту кто-то шевельнулся за кустом. Я спрыгнул с балкона на дерн. Невидимая
рука схватила меня за плечо.
«Ты видел, — отвечала она, — ты донесешь!» — и сверхъестественным усилием повалила меня на борт; мы оба по пояс свесились из лодки; ее волосы касались воды; минута была решительная. Я уперся коленкою
в дно,
схватил ее одной
рукой за косу, другой за горло, она выпустила мою одежду, и я мгновенно сбросил ее
в волны.
Вулич молча вышел
в спальню майора; мы за ним последовали. Он подошел к стене, на которой висело оружие, и наудачу снял с гвоздя один из разнокалиберных пистолетов; мы еще его не понимали; но когда он взвел курок и насыпал на полку пороха, то многие, невольно вскрикнув,
схватили его за
руки.
Но через мгновение быстро приподнялась, быстро придвинулась к нему,
схватила его за обе
руки и, крепко сжимая их, как
в тисках, тонкими своими пальцами, стала опять неподвижно, точно приклеившись, смотреть
в его лицо.
Он постучал
в дверь; ему отперла мать. Дунечки дома не было. Даже и служанки на ту пору не случилось. Пульхерия Александровна сначала онемела от радостного изумления; потом
схватила его за
руку и потащила
в комнату.
Тревога, крики ужаса, стоны… Разумихин, стоявший на пороге, влетел
в комнату,
схватил больного
в свои мощные
руки, и тот мигом очутился на диване.
А ведь, пожалуй, и перемолола бы меня как-нибудь…» Он опять замолчал и стиснул зубы: опять образ Дунечки появился пред ним точь-в-точь как была она, когда, выстрелив
в первый раз, ужасно испугалась, опустила револьвер и, помертвев, смотрела на него, так что он два раза успел бы
схватить ее, а она и
руки бы не подняла
в защиту, если б он сам ей не напомнил.
И,
схватив за
руку Дунечку так, что чуть не вывернул ей
руки, он пригнул ее посмотреть на то, что «вот уж он и очнулся». И мать и сестра смотрели на Разумихина как на провидение, с умилением и благодарностью; они уже слышали от Настасьи, чем был для их Роди, во все время болезни, этот «расторопный молодой человек», как назвала его,
в тот же вечер,
в интимном разговоре с Дуней, сама Пульхерия Александровна Раскольникова.
Топор он опустил лезвием прямо
в воду,
схватил лежавший на окошке, на расколотом блюдечке, кусочек мыла и стал, прямо
в ведре, отмывать себе
руки.
Он был еще очень молод, одет как простолюдин, роста среднего, худощавый, с волосами, обстриженными
в кружок, с тонкими, как бы сухими чертами лица. Неожиданно оттолкнутый им человек первый бросился было за ним
в комнату и успел
схватить его за плечо: это был конвойный; но Николай дернул
руку и вырвался от него еще раз.
Он стоял с обеими дамами,
схватив их обеих за
руки, уговаривая их и представляя им резоны с изумительною откровенностью и, вероятно, для большего убеждения, почти при каждом слове своем, крепко-накрепко, как
в тисках, сжимал им обеим
руки до боли и, казалось, пожирал глазами Авдотью Романовну, нисколько этим не стесняясь.
Соня упала на ее труп, обхватила ее
руками и так и замерла, прильнув головой к иссохшей груди покойницы. Полечка припала к ногам матери и целовала их, плача навзрыд. Коля и Леня, еще не поняв, что случилось, но предчувствуя что-то очень страшное,
схватили один другого обеими
руками за плечики и, уставившись один
в другого глазами, вдруг вместе, разом, раскрыли рты и начали кричать. Оба еще были
в костюмах: один
в чалме, другая
в ермолке с страусовым пером.
Пойдешь? — спрашивала она его, вся дрожа, точно
в припадке,
схватив его за обе
руки, крепко стиснув их
в своих
руках и смотря на него огневым взглядом.
Но лодки было уж не надо: городовой сбежал по ступенькам схода к канаве, сбросил с себя шинель, сапоги и кинулся
в воду. Работы было немного: утопленницу несло водой
в двух шагах от схода, он
схватил ее за одежду правою
рукою, левою успел схватиться за шест, который протянул ему товарищ, и тотчас же утопленница была вытащена. Ее положили на гранитные плиты схода. Она очнулась скоро, приподнялась, села, стала чихать и фыркать, бессмысленно обтирая мокрое платье
руками. Она ничего не говорила.
Когда увидела мать, что уже и сыны ее сели на коней, она кинулась к меньшому, у которого
в чертах лица выражалось более какой-то нежности: она
схватила его за стремя, она прилипнула к седлу его и с отчаяньем
в глазах не выпускала его из
рук своих.
А между тем верный товарищ стоял пред ним, бранясь и рассыпая без счету жестокие укорительные слова и упреки. Наконец
схватил он его за ноги и
руки, спеленал, как ребенка, поправил все перевязки, увернул его
в воловью кожу, увязал
в лубки и, прикрепивши веревками к седлу, помчался вновь с ним
в дорогу.
Андрий
схватил мешок одной
рукой и дернул его вдруг так, что голова Остапа упала на землю, а он сам вскочил впросонках и, сидя с закрытыми глазами, закричал что было мочи: «Держите, держите чертова ляха! да ловите коня, коня ловите!» — «Замолчи, я тебя убью!» — закричал
в испуге Андрий, замахнувшись на него мешком.
— А Остап? — вскрикнул вдруг Тарас, понатужился приподняться и вдруг вспомнил, как Остапа
схватили и связали
в глазах его и что он теперь уже
в ляшских
руках.
Схватили их турки у самого Трапезонта и всех забрали невольниками на галеры, взяли их по
рукам и ногам
в железные цепи, не давали по целым неделям пшена и поили противной морской водою.
Сговорившись с тем и другим, задал он всем попойку, и хмельные козаки,
в числе нескольких человек, повалили прямо на площадь, где стояли привязанные к столбу литавры,
в которые обыкновенно били сбор на раду. Не нашедши палок, хранившихся всегда у довбиша, они
схватили по полену
в руки и начали колотить
в них. На бой прежде всего прибежал довбиш, высокий человек с одним только глазом, несмотря, однако ж, на то, страшно заспанным.
Она взяла хлеб и поднесла его ко рту. С неизъяснимым наслаждением глядел Андрий, как она ломала его блистающими пальцами своими и ела; и вдруг вспомнил о бесновавшемся от голода, который испустил дух
в глазах его, проглотивши кусок хлеба. Он побледнел и,
схватив ее за
руку, закричал...
Тихо склонился он на
руки подхватившим его козакам, и хлынула ручьем молодая кровь, подобно дорогому вину, которое несли
в склянном сосуде из погреба неосторожные слуги, поскользнулись тут же у входа и разбили дорогую сулею: все разлилось на землю вино, и
схватил себя за голову прибежавший хозяин, сберегавший его про лучший случай
в жизни, чтобы если приведет Бог на старости лет встретиться с товарищем юности, то чтобы помянуть бы вместе с ним прежнее, иное время, когда иначе и лучше веселился человек…
Эти слова были сигналом. Жидов расхватали по
рукам и начали швырять
в волны. Жалобный крик раздался со всех сторон, но суровые запорожцы только смеялись, видя, как жидовские ноги
в башмаках и чулках болтались на воздухе. Бедный оратор, накликавший сам на свою шею беду, выскочил из кафтана, за который было его ухватили,
в одном пегом и узком камзоле,
схватил за ноги Бульбу и жалким голосом молил...
Когда нянька мрачно повторяла слова медведя: «Скрипи, скрипи, нога липовая; я по селам шел, по деревне шел, все бабы спят, одна баба не спит, на моей шкуре сидит, мое мясо варит, мою шерстку прядет» и т. д.; когда медведь входил, наконец,
в избу и готовился
схватить похитителя своей ноги, ребенок не выдерживал: он с трепетом и визгом бросался на
руки к няне; у него брызжут слезы испуга, и вместе хохочет он от радости, что он не
в когтях у зверя, а на лежанке, подле няни.
Она, не оборачиваясь, протянула ему назад
руку; он
схватил ее, поцеловал
в ладонь; она тихо сжала его губы и мгновенно порхнула
в стеклянную дверь, а он остался как вкопанный.
— Это вы, Ольга Сергевна? Сейчас, сейчас! — сказал он,
схватил фуражку, тросточку, выбежал
в калитку, подал
руку какой-то прекрасной женщине и исчез с ней
в лесу,
в тени огромных елей…
Чело надменное вознесши,
Схватив железный скипетр, царь,
На громком троне властно севши,
В народе зрит лишь подлу тварь.
Живот и смерть
в руке имея...
Совершенно бессознательно я
схватил ее
руку в коротеньких рукавчиках за локоть и припал к ней губами. Катенька, верно, удивилась этому поступку и отдернула
руку: этим движеньем она толкнула сломанный стул, стоявший
в чулане. Гриша поднял голову, тихо оглянулся и, читая молитвы, стал крестить все углы. Мы с шумом и шепотом выбежали из чулана.
Зачем Володя делал мне знаки, которые все видели и которые не могли помочь мне? зачем эта противная княжна так посмотрела на мои ноги? зачем Сонечка… она милочка; но зачем она улыбалась
в это время? зачем папа покраснел и
схватил меня за
руку?
— Непременно, непременно на голову! — закричали мы все, обступив Иленьку, который
в эту минуту заметно испугался и побледнел,
схватили его за
руку и повлекли к лексиконам.
— Ну, пойдем
в кабинет, — сказал Степан Аркадьич, знавший самолюбивую и озлобленную застенчивость своего приятеля; и,
схватив его за
руку, он повлек его за собой, как будто проводя между опасностями.
― Их здесь нет, ― сказала она, затворяя ящик; но по этому движению он понял, что угадал верно и, грубо оттолкнув ее
руку, быстро
схватил портфель,
в котором он знал, что она клала самые нужные бумаги. Она хотела вырвать портфель, но он оттолкнул ее.
Она наконец
схватила его за
руку и судорожно, почти с угрозой промолвила: «Да что с ним?» Тут он спохватился и принудил себя улыбнуться ей
в ответ; но, к собственному ужасу, вместо улыбки у него откуда-то взялся смех.
— Благодетельница! — воскликнул Василий Иванович и,
схватив ее
руку, судорожно прижал ее к своим губам, между тем как привезенный Анной Сергеевной доктор, маленький человек
в очках, с немецкою физиономией, вылезал не торопясь из кареты. — Жив еще, жив мой Евгений и теперь будет спасен! Жена! жена!.. К нам ангел с неба…
— Да, — повторила Катя, и
в этот раз он ее понял. Он
схватил ее большие прекрасные
руки и, задыхаясь от восторга, прижал их к своему сердцу. Он едва стоял на ногах и только твердил: «Катя, Катя…», а она как-то невинно заплакала, сама тихо смеясь своим слезам. Кто не видал таких слез
в глазах любимого существа, тот еще не испытал, до какой степени, замирая весь от благодарности и от стыда, может быть счастлив на земле человек.
— Да, остережется. Всяко бывает: он вот нагнется, станет черпать воду, а водяной его за
руку схватит да потащит к себе. Станут потом говорить: упал, дескать, малый
в воду… А какое упал?.. Во-вон,
в камыши полез, — прибавил он, прислушиваясь.
— Самгин, земляк мой и друг детства! — вскричала она, вводя Клима
в пустоватую комнату с крашеным и покосившимся к окнам полом. Из дыма поднялся небольшой человек, торопливо
схватил руку Самгина и, дергая ее
в разные стороны, тихо, виновато сказал...
Регент был по плечо Инокову, но значительно шире и плотнее, Клим ждал, что он
схватит Инокова и швырнет за перила, но регент, качаясь на ногах, одной
рукой придерживал панаму, а другой толкая Инокова
в грудь, кричал звонким голосом...
— Ба, Иноков, когда вы… — радостно вскричал фельетонист, вскочив со стула, и тотчас же снова сел, а Иноков, молча шлепнув регента шляпой по лицу, вырвал палку из
руки его, швырнул ее за перила террасы и,
схватив регента за ворот, встряхивая его, зашептал что-то, захрипел
в круглое, густо покрасневшее лицо с выкатившимися глазами.
— Прошу внимания, — строго крикнул Самгин,
схватив обеими
руками спинку стула, и, поставив его пред собою, обратился к писателю: — Сейчас вы пропели
в тоне шутовской панихиды неловкие, быть может, но неоспоримо искренние стихи старого революционера, почтенного литератора, который заплатил десятью годами ссылки…
«Уже решила», — подумал Самгин. Ему не нравилось лицо дома, не нравились слишком светлые комнаты, возмущала Марина. И уже совсем плохо почувствовал он себя, когда прибежал, наклоня голову, точно бык, большой человек
в теплом пиджаке, подпоясанном широким ремнем,
в валенках, облепленный с головы до ног перьями и сенной трухой. Он
схватил руки Марины, сунул
в ее ладони лохматую голову и, целуя ладони ее, замычал.
Он играл ножом для разрезывания книг, капризно изогнутой пластинкой бронзы с позолоченной головою бородатого сатира на месте ручки. Нож выскользнул из
рук его и упал к ногам девушки; наклонясь, чтоб поднять его, Клим неловко покачнулся вместе со стулом и, пытаясь удержаться,
схватил руку Нехаевой, девушка вырвала
руку, лишенный опоры Клим припал на колено. Он плохо помнил, как разыгралось все дальнейшее, помнил только горячие ладони на своих щеках, сухой и быстрый поцелуй
в губы и торопливый шепот...
В толпе вертелся Лютов; сняв шапку, размахивая ею, он тоже что-то кричал, но парень
в шубе, пытаясь
схватить его пьяной
рукою, заглушал все голоса пронзительными визгами истерического восторга.
Его толкнули
в спину, и он пошел быстрее,
схватив Самгина за
руку.
— Трудно сказать — какой, ну, да вы найдете. Так вот ему записочка. Вы ее
в мундштук папиросы спрячьте, а папиросу, закурив, погасите.
В случае, если что-нибудь эдакое, — ну,
схватят, например, — так вы мундштук откусите и жуйте. Так? Не надо, чтоб записочка попала
в чужие
руки, — понятно? Ну вот! Успеха!
Самгин выпрямился на стуле, ожидая, что еще скажет она, а старуха, тяжело дыша, посапывая носом, долго наливала чай
в чашку, —
руки ее дрожали, пальцы не сразу могли
схватить кусок сахара.